Американские партизаны — страница 12

  • Просмотров 9330
  • Скачиваний 26
  • Размер файла 153
    Кб

ним такой человек, какой именно ему и нужен. Присутствие человека, сидевшего рядом с кучером, должно было придать ему еще больше уверенности. У него было длинное ружье, ствол которого возвышался над его плечами, а приклад помещался между ног, обутых в ботфорты. Это был Крис Рок, который хотел сам наблюдать за тем, чтобы поединок проходил по всем правилам. У него тоже составилось нелестное мнение как о противнике, так и о его

секунданте. С предусмотрительностью человека, привыкшего защищаться от индейцев, он всегда носил с собой ружье. Карета остановилась в пустынном месте, выбранном накануне секундантами. Хотя противников еще не было, Керней и Криттенден, захватив шпаги, вышли из кареты, предоставив ее в распоряжение молодого хирурга, который сразу же принялся распаковывать бинты и инструменты. - Надеюсь, вам не придется пустить их в ход, доктор, -

сказал Керней. - Я бы не хотел, чтобы вы лечили меня раньше, чем мы победим мексиканцев. - И я тоже, - ответил спокойно хирург. Керней и Криттенден сели под деревом. Крис Рок, храня молчание, оставался на козлах. Место, назначенное для поединка, было ему прекрасно видно и находилось на расстоянии выстрела. Они с доктором были достаточно близко на случай, если бы в них вдруг оказалась надобность. Минут десять протекло в торжественном

молчании. Керней был погружен в серьезные думы. Как бы ни был человек храбр и ловок, он не может не чувствовать в такие моменты некоторой душевной тревоги. Молодой ирландец пришел, чтобы убить или быть убитым, - и тот и другой исход должен был одинаково подавляюще действовать на нравственное состояние человека. Однако Флоранс Керней, хотя и был новичком в подобном деле, не испытывал отчаяния. Даже мрачный вид окружающей природы,

висячий мох, окаймлявший ветви темного кипариса, точно бахрома гроба, не вызывали у него тяжелых предчувствий. Если он и ощущал временами некоторое смущение духа, то оно тут же изглаживалось при мысли об оскорблении, нанесенном ему, а также при воспоминании о паре черных глаз, которые в случае его победы или поражения должны будут, по его мнению, засиять от радости или потемнеть от горя. Эти чувства совершенно противоречили тому,

что испытывал он сутки назад, когда направлялся к дому сеньора Вальверде. Теперь он уже не сомневался в том, что сердце Луизы принадлежит ему, так как она сама призналась в этом. Не было ли этого достаточно, чтобы придать храбрости в минуту схватки? А минута эта приближалась, судя по донесшемуся стуку колес. Это, очевидно, подъезжала карета противников. Вскоре из нее вышли двое. Они были закутаны в длинные плащи и казались