Анализ главы Бал у сатаны

  • Просмотров 672
  • Скачиваний 24
  • Размер файла 15
    Кб

Анализ главы "Бал у сатаны" Автор: Булгаков М.А. Предсмертный роман М.Булгакова «Мастер и Маргарита» насыщен потусторонними силами, которые играют в тексте сразу несколько ролей. Очень важное место в изображении этих сил занимает картина бала у сатаны, где добро и зло оказываются тесно переплетенными между собой, чуть ли не слитыми воедино. Рассматривая картину бала у сатаны в романе Булгакова, нетрудно прийти к выводу о

том, что в этой картине отражены детали традиционных представлений о шабаше ведьм и о святотатственной черной мессе. Царицей же шабаша непременно должна быть красивая голая девушка, прилетевшая на черном баране. Работая над созданием картины бала, Булгаков записал в черновике: «Черная месса… Маргарита и козел». Писатель использовал в рассматриваемой части книги традиционное представление о шабаше, отвергнув лишь очень

немногие его детали, другие же изменив. Обратим внимание на то, что в точном соответствии с законами шабаша происходит, помимо прочего, такое действие, как превращение головы Берлиоза в чашу-череп, из которой пьют вино и кровь. Один из, безусловно, очень важных эпизодов в картине бала – поднесение Маргарите кубка, наполненного кровью барона Майгеля - во многом является повторением сатанистского ритуала. Булгаков в данном эпизоде

далеко не случайно пишет об убийстве именно барона Майгеля, желая, возможно, хотя бы таким образом, в художественной форме, показать свою ненависть к наиболее вероятному прототипу этого образа: ленинградскому литературоведу М.Майзелю. Он в начале 1930-х годов написал ряд критических статей о творчестве Булгакова, в которых называл писателя представителем "новобуржуазного направления" и обвинял его в непринятии революции и

в "апологетическом отношении к дореволюционному прошлому" 6. Конечно же, Майзель вовсе не был бароном, но Булгаков нарочно называет персонажа романа "бароном Майгелем. в 1937 году М.Майзель был репрессирован, расстрелян, а при Хрущеве реабилитирован. С удовлетворением восприняв факт его расстрела, посчитав его «справедливым возмездием», Булгаков именно как акт справедливости изобразил в своем последнем романе убийство