Анализ суицида под углом зрения взаимоотношения человека — страница 13

  • Просмотров 7073
  • Скачиваний 36
  • Размер файла 81
    Кб

образования самоубийц был в основном средний или неполный средний, тогда как феномен сознательного суицида чаще фиксируется в высокоинтеллектуальной среде (в царской России, например, это офицеры флота, представительницы высших женских учебных заведений, известные поэты, художники и т.д.); по своему социальному статусу советские самоубийцы — это чаще всего колхозники или домохозяйки (вся сравнительная статистика приводится

на конец 80-х годов )1. Несмотря на явную неполноту информированности по суицидологическим вопросам, исследователи были вынуждены констатировать преимущественно сознательную природу "самоубийства с человеческим лицом" (прежде всего об этом свидетельствовала тщательная спланированность доведенными до самоубийства суицидального акта). Интеллектуальный же характер самоубийства, как тогда казалось, нашел себе

"благоприятную" почву в среде русской эмиграции. Этому вопросу посвящена талантливо написанная статья Н.А. Бердяева "О самоубийстве". Современные средства массовой информации в нашей стране отличает, по нашему мнению, значительная тенденциозность в преподнесении материала по суицидальной статистике, связанная с политической ориентацией изданий. Например, "Известия" и "Советская Россия" акцентируют

внимание на суициде в среде рабочих, объясняя их социальной напряженностью из-за невыплаты зарплат, однако объяснить самоубийство акад. В.Ал.Легасова (1988) или ночной выстрел в кабинете директора Федерального ядерного центра в Снежинске Владимира Нечая (1996) с позиций социального детерминизма оказывается гораздо труднее. Журнал "Огонек" пытается обосновать суицидальный всплеск в Европе и России длительным существованием

тоталитарных режимов на их территориях, но обходит молчанием высокие суицидальные показатели в США и других демократически ориентированных государствах. Такая предвзятость в оценке "черного феномена" вредит серьезному научному анализу этого явления. Публицисты не обременяют себя вопросом: почему "расширенного суицида" (т.е. самоубийства, отягощенного убийством родственников) не было в блокадном Ленинграде, когда

реальностью была смерть от голода, но встречается сегодня, когда, по их предположениям, основным провокатором является невозможность прокормить семью из-за несвоевременной выплаты зарплаты? Ныне мы возвращаемся на круги своя: в нашей статистике все основные показатели по суициду приобретают характер присущей им универсальности, однако, очевидно, что такого рода универсальность не утешительна. Причины коренятся глубже, чем